Юлия Мельникова (avit_al) wrote,
Юлия Мельникова
avit_al

Мой Орёл. «Старый универмаг» на ул.Пушкина.

Мой Орёл. «Старый универмаг» на ул.Пушкина.

<Это серия о не самых известных уголках родного города>

Сейчас, когда водитель 3-го трамвая объявляет (а чаще не объявляет) остановку «Старый универмаг» (или просто «Универмаг») на улице Пушкина, его редкие пассажиры иногда удивляются – разве в этом тихом частном секторе был универмаг? Но это не ошибка: в конце 1980-х, в начале 1990-х годов здесь действительно существовал старый универмаг, вокруг которого вились длинные очереди. Маленькой меня тоже часто брали туда за покупками, только добирались мы не трамваем, а шли пешком через Семинарский парк. На обратном пути еще заворачивали в рыжую кирпичную школу, куда меня хотели записать. Наверное, поэтому я хорошо помню все, что там было, и кто там был.

В отделе канцтоваров на 1 этаже справа, нам, первоклассникам, в 1989 году продавали то ли 15, то ли 20 тонких тетрадок по справке из школы. На справку продавщица ставила синюшную размазанную печать, чтобы кто-нибудь хитрый не отхватил по второму кругу. Учиться мне не хотелось, предсентябрьские сборы не радовали, и я плотоядно поглядывала на терпко пахнущие деревянные линейки, угольники и транспортиры. Ими не чертили ни линий, ни квадратов – их грызли, стачивая уголки до основания, как молодые бобрики хлипкую осинку. То ли целлюлозы нам не хватало, то ли совести, но привычка точить клыки о древесину осталась.
Слева на 1 этаже - вечно переполненный народом продуктовый отдел. Продавалось ли в нем еще что-то, кроме компота из слив в больших банках и яблочного пюре, не припомню. Может, иногда завозили пошехонский окменелый сыр, мороженую мойву или даже колбасу по 2.20, да мы никак не попадали на этот праздник – дефицит мгновенно расхватывали окрестные жители. Хотелось ли что-нибудь стащить оттуда? Разве что двузубую вилку, которой щупали батоны. Она висела на грязной серой бечевке, прилепленная к стыку деревянных поддонов, а потом исчезла – сразу, отовсюду, чуть ли не в один день, и из старого универмага, из булочной в нашем доме тоже.
На 2-м этаже – галантерея, одежда, обувь, косметика, бижутерия. В застекленных кубах лежали расчески, мыльницы, носовые платки, футляры для зубных щеток, все бледных расцветок, а на стеллажах пылились чиновничьи портфели из кожзаменителя и дамские сумки устаревших моделей. Косметику обычно представлял вазелин «Норка» - его брали ради изящно изогнутой черной норки на коричневой крышке: голышам они заменяли тарелки. Попадалась плохонькая губная помада, тянувшая прогорклым животным жиром, тени для век, липкая тушь, румяна в плошечках. Из бижутерии больше всего мне нравились заколки с огромными зубатыми «пастями», как у глубоководных рыб. «Пасти» были совсем маленькие, средние и огромные. Еще продавались украшения из неблагородных металлов – у меня до сих пор валяется посеребренный перстень с финифтью, который я расплющила, задев рукой край стола. Мама стояла за ним в очереди на открытии старого универмага полдня. С одеждой там был полный швах. Не забуду синие ворсистые гамаши, траурные халаты, гигантские спортивные костюмы, серые простроченные ватники. Теперь эти вещи встречаются на аукционах, и я очень жалею, что не смогла прикупить что-нибудь, продержать лет 25, а потом выставить на е
Bay.
Отдельно – люди старого универмага. Скопление в нервозных очередях притягивало, говоря по-современному, всяких фриков и неадекватов. Даже вполне вменяемые покупатели начинали свариться с продавщицами, а те прятали жалобную книгу, подвесив ее высоко, чуть ли не под самый потолок. Появлялись первые ласточки перестройки – политические сумасшедшие. Очередь их старалась обогнуть с жалкой улыбкой на лицах, так как они либо разговаривали сами с собой, бубня под нос о коммунизме, либо встревали в чужие разговоры и переводили все на политику. Являлись фантастические старухи. Все в черном, в синем, в мужниных пиджаках, в разбитых башмаках, с котомками и серыми заштопанными мешками, с клюками и в скорбных платках. С этих старух было можно рисовать картины народных бедствий. Мне почему-то чудилось, будто все они приезжают спозаранку из глухих сёл, а в мешках лежит краюха серого хлеба и затертый добела нищий кошелечек. На самом деле это были в основном городские бабушки из частных домиков неподалеку, регулярно «дежурившие» – вдруг привезут мясо или масло. Добрая весть заставала их порой в домашнем затрапезе, в запачканных фартуках, в стоптанных тапочках, с мешками для свежескошенной на Семинарке травы, и старухи летели застолбить место.
Агония старого универмага растянулась до середины 1990-х. Эпоха всеобщего дефицита неожиданно кончилась. Госторговля умерла. Частная лавочка и бильярд в нем не прижились. Несколько лет он стоял с огромным замком на двери. На запыленные, забитые досками окна прохожие прилепляли яркие обертки и писали черными маркерами разные слова. Сейчас в бывшем старом универмаге магазин «Магнит», и он не представляет никакого интереса. Даже фотографировать его неохота.

Зато привлекает внимание то, на что вечно спешащие покупатели старого универмага раньше не успевали поднять глаз – старинные деревянные домики с резными наличниками, истертыми каменными ступенями. Колючие древние боярышники. Раздвоенные липы. Лиственница, обветренная флагом. И пестрые куры, выгуливаемые хозяйкой на узкой полоске зелени, прямо у трамвая – хорошо, пока еще без шлейки и намордника. Город все-таки. 

Tags: #орёл, Орёл, мемуарное
Subscribe

  • Страшнее сна

    Мне приснилась картина — смерть в очень милом, даже уютном облике — гермафродитом в сером капюшоне, левая половина лица живая, правая — начала…

  • Как бы масонская книга

    Во сне читала книгу про масонов ) Проснуться, не дочитав ее, было б уж совсем глупо. Перебирала яркие книжки на букинистическом развале, и мне…

  • Римский грех

    Приснился странный сон — родной мой квартал, все сызмальства знакомое, и на задах стоит вдруг белый автобус с надписью крупно — НЕ ДОПУСТИ РИМСКОГО…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments

  • Страшнее сна

    Мне приснилась картина — смерть в очень милом, даже уютном облике — гермафродитом в сером капюшоне, левая половина лица живая, правая — начала…

  • Как бы масонская книга

    Во сне читала книгу про масонов ) Проснуться, не дочитав ее, было б уж совсем глупо. Перебирала яркие книжки на букинистическом развале, и мне…

  • Римский грех

    Приснился странный сон — родной мой квартал, все сызмальства знакомое, и на задах стоит вдруг белый автобус с надписью крупно — НЕ ДОПУСТИ РИМСКОГО…