March 8th, 2011

клыки

Шипуватий папорть (автобио)

Багаторядник шипуватий.

В этих листьях слишком внешних,
В их точеном очертаньи,
Что-то есть миров нездешних...
                                             (В. Брюсов. Папоротник)
В 1667г., видимо, на радостях, что не пришел конец света, немецкий поэт Иоганн Карст написал стихотворение, строки которого расположились ветвью папоротника.

Багаторядник – и так понятно. Похож он на расческу с частыми утонченными зубьями. Шипуватий – не значит плохой. Без некой доли шипуватости в нашем писательском деле никак: гладких проглотят, а кто с шипами – зацепится, закрепится. Папоротники – моя давняя любовь. Мистические, изящные, манящие, современники динозавров, весеннее лакомство птеродактилей, знахаркины веники. Обожала спускаться в глубокий сырой овраг, где посреди поваленных деревьев росли они, мужские, женские, может, даже австрийские, кочедыжники, орляки съедобные и несъедобные – мои резные папорти. Папоротники, заворотники, выворотники, изворотники.

Collapse )

Надеюсь, что да. Но лычакивских не догонят уж точно.   Чем манят они меня? Папоротники – ошметки реликтовых растений. Кроме них, да еще саговников, хвощей и одного дерева, не осталось никого, кто помнил это буйство зелени. Если бы они рассказали все, чему стали свидетелями, получился бы неплохой роман и несколько научных сенсаций. Но папорти молчат, и мы не узнаем их секретов.